Необъяснимая пропажа: количество пропавших без вести детей в системе опеки Иллинойс растёт на колоссальные 935%
В Иллинойсе наблюдается тревожный рост числа пропавших без вести детей из системы опеки. Публикации на основе госреестров показывают, что в 2024 году данная цифра резко возросла с 16 до 166 детей, что составляет увеличения на 935%. Эта статистика вызывает серьёзную озабоченность у кандидатов в законодатели, которые настаивают на необходимости расследования и улучшения механизмов остановки этих потерь.
Данные были получены с помощью публичных реквестов от Бэйли Темплтон, активистки и потенциального кандидата в законодательные органы штата. Она выразила необходимость в срочных ответах относительно ситуации, поскольку отсутствуют ясные объяснения того, как это стало возможным. «Что-то произошло за последние два года, что сделало легче потерять детей из системы опеки», — заявила Темплтон. «Мы имеем дело с большим количеством пропавших, и это требует внимания общества, а также ответственности и надзора».
Представитель департамента по делам детей и семейной политики Иллинойса (DCFS) сообщил, что предоставляемая информация не совсем точна и что они стремятся выпустить наиболее достоверные данные о пропавших детях. Однако запросы о более актуальных данных, поданные как Бэйли Темплтон, так и The Center Square, сталкиваются с задержками. В ходе рутинного поиска документы, необходимые для работы, «не были найдены», что вызывает дополнительные вопросы о прозрачности и эффективности стоящей за системой опеки.
Интересно, что в аудитах, проводимых прошлым и текущими аудиторами штата, было отмечено, что 71% случаев пропажи детей были недостаточно задокументированы. Это свидетельствует о серьёзных недоработках в процессах учёта и контроля. Кроме того, лишь в 15% случаев организации, занимающиеся поиском пропавших и эксплуатацией детей, были уведомлены в течение трёх часов после сообщения о пропаже.
Каждый случай такой пропажи вызывает не только беспокойство о благополучии отдельных детей, но и вопросы о более широкой системе опеки в целом. В связи с бездействием и недостатком информации, Темплтон требует проведения внешнего аудита, чтобы выяснить, куда уходят деньги и каким образом дети, находясь в системе, получают финансирование от государства.
На сегодняшний день в системе действуют специальные группы для поиска пропавших детей, однако представленный статус говорит о наличии пробелов в функциональности и ответственности. «Нам необходимо знать, где эти дети, и какие меры принимаются для их возвращения», — подытоживает Темплтон, ставя акцент на важности контроля и общественного осознания проблемы.
Вопрос об исчезновении детей из опеки стал поводом для широкой дискуссии о нуждах и правах уязвимых групп населения. Постоянный рост статистики требует не только внимания к проблеме, но и незамедлительных мер, целью которых должно стать спасение и возврат каждого пропавшего ребенка, находящегося в системе.
